Горячая линия бесплатной юридической помощи:
Москва и область:
Москва И МО:
+7(499) 110-93-26 (бесплатно)
Санкт-Петербург и область:
СПб и Лен.область:
+7 (812) 317-74-92 (бесплатно)
Регионы (добавочный обязательно):
8 (800) 550-95-86 (бесплатно)

Является ли россия правопреемницей российской империи

Задача 2. Абелев

Гражданин
Абелев Н. К. припарковал свой автомобиль в зоне действия знака «Остановка
запрещена». Автомобиль был эвакуирован специальной службой ГИБДД. Абелев
посчитал действия сотрудников ГИБДД неправомерными, поскольку они нарушают
право собственности, гарантированное ст. 35 Конституции РФ. ГИБДД представило
возражения, в которых указало, что реализация права собственности должна
осуществляться в рамках, установленных действующим законодательством.
Полномочие должностных лиц ГИБДД осуществлять эвакуацию транспортных средств,
мешающих дорожному движению, предусмотрено действующим административным
законодательством.
В какой суд и с какими требованиями может
обратиться Абелев? Каковы особенности конституционных правоотношений по
сравнению с административными?
Основная проблема задачи
состоит в необходимости разграничить
конституционные и гражданские ПО
. Нужно понять, применять в данном
конкретном случае КоАП или Конституцию. Гражданин Абелев ссылается на то, что
Конституция имеет прямое действие и конкретно статью 35 Конституции РФ (Право
частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего
имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для
государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного
и равноценного возмещения
). Но в данном случае имущество не изымается, а
лишь право собственности на это имущество ограничивается. Потому Абелев и
считает, что действия сотрудников ГИБДД незаконны, так как его право на
имущество ограничено. Здесь Абелев может оспорить только саму процедуру
эвакуации, если, например, машина была задета или поцарапана, тогда он
обращается в суд общей юрисдикции
Тогда он может оспаривать
не процедуру, а действия по соблюдению процедуры
Если же Абелев не
согласен с самой природой процедуры, с тем, что машина вообще может у него
изыматься, тогда он ссылается на то, что закон неконституционен. Сотрудники
действовали в соответствии с КоАП
Мы не знаем, действовали
ли сотрудники ГИБДД в соответствии с КоАП или нет. Но мы знаем, что возможность
задержания автотранспортного средства предусмотрена Кодексом РФ об
административных правонарушениях
Получается, что, если
Абелев с этим не согласен, тогда он должен обращаться уже в КС РФ в связи с
несоответствием процедуры эвакуации конституционным основам. Но темнее менее КС
РФ не раз говорил в своих постановлениях, что эвакуация не нарушает ст. 35
Конституции РФ, так как это лишь временное ограничение права, а не полное его
отчуждение. Здесь нужно сделать вывод о том, что это административные ПО
Почему? Какие именно
отношения?
Административные ПО в
части того, что гражданин не согласен с действиями должностного лица. 
Почему вообще в этой
задаче вообще важно отграничить одни правоотношения от других, с учетом тех
вопросов, которые ставит Абелев, требований, которые он предъявляет? Почему
важно административное регулирование отграничить о конституционно-правового?
Потому что в связи с этим
он будет решать, какие именно действия ему дальше предпринимать и в какой суд
обращаться. Это определит, под какую именно юрисдикцию попадают эти отношения.
Мы должны вообще понять,
каким именно НПА должны регулироваться данные ПО
То есть нормами какой
отраслевой принадлежности будут регулироваться данные общественные отношения
Конституционные и
административные ПО отличаются по субъектам и по предмету, в связи с которым
они возникают. Субъект конституционных ПО – государство в целом, а
административных – гос.органы. В данном случае Абелев вступил в отношения не с
государством, а с органами ГИБДД. Более того, объект конституционного права –
конституционные ценности, права личности, административного же – безопасность и
порядок дорожного движения (в данном случае). Поэтому мы делаем вывод о том,
что тут мы рассматриваем отношения, регулирующиеся административным правом.
Нам важно понять, чем именно недоволен Абелев. Он считает, что
действия сотрудников ГИБДД были неправомерными (не соответствовали КоАП), тогда
это административные ПО и, за защитой своего нарушенного права Абелев должен
обращаться в суд общей юрисдикции. Или Абелев убежден, что сотрудники ГИБДД
действовали в соответствии с законом, но сам этот закон, регулирующий их
действия, не соответствует конституции. Тогда это уже конституционные ПО, нужно
обращаться в конституционный суд. Но сам обратиться в КС он не может

Ответы на вопросы в тетрадиГлавный вопрос задачи: чем гимн как символ отличается от
герба как символа?Вот
собственно главное, что нужно решить – где гражданские правоотношения, а где
публичные правоотношения, и по каким признакам их можно отличить. Правообладатели
музыки – наследники, а не правительство Петербурга, поэтому оно не может
передать право на коммерческое использованиеВ
задаче правительство передало права на использование гимна и герба, не имея
права это делать по разным причинам. В отношении гимна – потому, что оно не
являлось правообладателем. А в отношении герба – потому что герб в принципе не
может быть объектом гражданских прав.По представлению прокурора (герб):Герб не может использоваться в коммерческих целях, потому что
он – государственный символ, который не является объектом авторского права. Он
в принципе не может быть объектом гражданских прав (см. ГК)Герб не может
использоваться не РФ, потому что это однозначная символика (в таком случае
доверие к нему как к символу будет подорвано). 
По иску наследников (гимн):Правообладатели
музыки – наследники, а не правительство Петербурга, поэтому оно не может
передать право на коммерческое использование. Но оно может использовать его в
публичных целях, так как это государственный символ, и на это ему не нужно
разрешение наследников. И
наследники, и правительство 

Постановлением
Государственной Думы РФ о внесении изменений в Регламент было установлено, что
в случае отсутствия в зале заседаний необходимого числа депутатов для
обеспечения кворума возможность начала заседания определяется в соответствии со
сложившимся обычаем. Некоторые депутаты выступили против принятия этого
Постановления, указывая на правовую позицию Конституционного Суда РФ,
выраженную в п. 13 мотивировочной части Постановления от 20 июля 1999 г. №12-П.
Однако большинство депутатов, утверждая, что правовой обычай может считаться
источником конституционного права, а решение Конституционного Суда — нет,
проголосовали за проект Постановления.
Могут ли выступать в качестве источников конституционного
права правовой обычай, решения Конституционного Суда РФ и акты палат
федерального парламента, и каковы их особенности?
Обычай должен иметь длительное применение, и он
должен допускаться к такому применению самим государством. Если государство
допускает применение такой практики, оно длительно и всеми признается, то она
может служить источником права. 
Так что же тогда
применять: обычай, Постановление КС или акт палаты ФС?
Начнем с того, что нет
никаких формальных правил, которые бы устанавливали какую-либо иерархию
источников права. Применительно к НПА такая иерархия есть, но для источников
это не применимо. Поэтому всегда проблема – сопоставить различные
источники по их значимост
и (обычай – акты палат ФС – Постановления
КС РФ). 
1. Начнем с конца. Акты
палат Федерального собрания
 являются
источниками КП? Да,
в тех случаях, когда они содержат конституционные
нормы
Палаты принимают акты для
реализации своих полномочий. Большинство правовых актов палат Федерального
собрания не являются нормативными, так как норм права в них нет. Но есть и исключения.
Существуют акты палат Федерального собрания, в которых нормы права при желании
можно отыскать. Самый яркий пример – регламент ГД и регламент СФ. Это, казалось
бы, внутренний акт, но на сегодняшний день в этих актах содержатся нормы,
которые по своему действию выходят за пределы палаты. Этот акт мы можем считать
источником КП. 
2. По поводу обычая как источника права.
Применение обычая в
качестве источника права должно быть санкционировано законом. Что
значит санкционировать
обычай? Обычай – правило поведения, сложившееся в результате многократного
повторения одних и тех же действий на практике. Субъекты – участники ПО,
регулируемых обычаем, сами считают необходимым это правило использовать.
В романо-германском праве
обычай – прерогатива частных отраслей. В частном праве очень много
повторяющихся действий, поэтому обычай широко применяется, и если в каких-то
вопросах государство считает возможным передать регулирование в руки частных
субъектов – участников данных правоотношений, оно это и делает (ст. 5 ГК РФ). В
публичном праве это более затруднительно. Публичное право более подвижно,
динамично, оно часто меняется, обычаю попросту не хватает времени, чтобы
сложиться. Во-вторых, нет столь уж частого повторения какой-либо практики. И
если говорить об обычае, он обладает одним существенным недостатком для
публичного права – свойством неопределенности (возникают риски злоупотреблений
и т.п.). Кроме того, законодательство должно быть рационально сконструировано,
обычай же складывается сам, государство ограничено в возможности «направлять»
обычай. В этом смысле публичной власти обычай подозрителен. Но в нашей правовой
системе нет запрета на его применение в публичной сфере. 
В чем разница между обычаем и правовым обычаем?
Обычай – сложившееся в практике правило поведения,
которому субъекты следуют потому, что считают, что обязаны это делать. Правовой обычай – это обычай,
применение которого санкционировано государством, т.е. государство признает
обычай в качестве источника права.
Как это происходит на практике. В
каком-то правовом акте должно появиться указание на применение обычая
в
какой-то конкретной ситуации, т.е. текстуально он никак не прописывается, а
просто дается отсылка к нему (иначе это был бы уже не обычай, а вполне
конкретная правовая норма).
3. Про Постановления КС РФ. Решения КС РФ –
это источники права? Зависит ли это от природы такого решения и истолкования
этой природы как позволяющей отнести решения КС к источникам права. 
Это очень спорный вопрос.
Если воспринимать решения Кс как источника КП, то это можно считать негативным правотворчеством, т.к.
решения КС обычно отменяют какую-либо норму
. С другой стороны решения
можно не считать источниками Кп, так как они являются толкованием норм, а не их
созданием
.
Да, обычно говорят о КС
как негативном законодателе. Но я думаю, можно ли говорить о негативном
правотворчестве не в смысле создания, а вследствие упразднения правовой нормы,
рассматривая это как влияние на состояние правового массива.. Но если вам так на
лекциях говорят, почему бы нет.
Парадокс состоит в том,
что в законе Кс не наделен правом нормотворчества. Это правоприменительный
орган. Но вместе с тем, невозможность обжалования, обязательность
исполнения решений КС
делает их прецедентами толкования правовых норм и
таким образом можно считать, что решения КС являются источниками права.
Если мы говорим о странах
с устойчивой традицией конституционного правосудия, где давно существуют
решения КС и они достаточно авторитетны, то там, естественно, считается, что
да, это источник права. 
Наша конституционная
юстиция гораздо моложе, хотя она и во многом списана с немецкого образца.
Поэтому здесь еще не сформировалось столь четкого и однозначного вывода о том,
считать ли решения КС источником права. Более того, наверное, положительный
ответ на данный вопрос осложняется нашим позитивистским прошлым, когда право
рассматривалось как закон, а закон как право. Есть сторонники точки зрения,
в соответствии с которой решения КС стоит рассматривать как источники права
,
в т.ч. и благодаря тому, что КС нередко выступает как конституционный
законодатель, влияя на состав правовых норм,
убирая из него некоторые
предписания, лишая их юр. силы. Более того, КС не просто признает норму
конституционной или неконституционной; он истолковывает норму закона, указывая
как нужно эту норму применять, чтобы в этом применении норма не расходилась с
конституционными требованиями.
КС в своих решениях
говорит, что его решения принципиально отличаются от решений всех других судов
тем, что 1)они действуют на всей территории РФ (а не на
стороны по конкретному делу).
Решение
КС 2) не ограничены по
своему действию во времени,
3)не требуют подтверждения их состоятельности
другими органами или должностными лицами
и в этом смысле у них
действительно есть свойства, приближающие их к НПА.
В то же самое время, КС
не задумывался как орган, самостоятельно создающий право. Есть точка зрения в
науке, согласно которой решения КС иногда называют «вторичными источниками права».
Можно сказать, что решения КС не действуют сами по себе: они действуют в некоем
единстве с той нормой, которую истолковывал КС – это норма закона в том смысле,
который выявил КС в своем решении.
Можно встать на позицию,
отрицающую отнесение решений Кс к самостоятельным источникам права, но при этом
говорить о том, что, несмотря на то, что сами по себе они не источник, не
отменяет их обязательности. В декабре 2016 года даже появилась специальная
констатация в правовых нормах, в соответствии с которой и отдельные правовые
позиции КС, выраженные в его решениях, стали носить обязательный характер. 
Возвращаясь к условиям
задачи: мы с вами обсудили эти три правовых явления в отдельности, между двумя
из них есть противоречие. Между постановлением КС и обычаем. В регламент ГД по
условию задачи депутаты хотят внести в отсылку, согласно которой в случае
определения кворума нужно будет руководствоваться обычаем (не важно, сколько
депутатов реально присутствует на заседании; важно, сколько отдано голосов).
С одной стороны правовой обычай (санкционированный в
регламенте), с другой – решение КС, в котором предусмотрено прямо
противоположное. Что выбрать?
Мне кажется, в идеале
стоит прислушаться к мнению КС, так как впоследствии он сможет признать
принятые на таких заседаниях решения неконституционными.
Здесь, на самом деле,
какой-либо однозначный вариант предложить сложно, поскольку формально разные
источники права в РФ не сведены в единую иерархию. Иногда в литературе можно
встретить такое мнение, согласно которому обычай имеет силу, сопоставимую с
силой акта, которым он санкционируется. В таком случае, можно сказать, что
правовой обычай в нашей ситуации находится где-то на уровне постановления
палаты ФС (если пытаться разные по природе источники свести с иерархией НПА). 
Что касается решений КС:
кто-то говорит, что они сопоставимы по силе с самой конституцией. Поэтому,
наверное, правы в данной ситуации те, кто говорит, что решением КС пренебрегать
не стоит.
Узнайте к чему:  Законодательство в сфере миграции РФ в 2019 году
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector